1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer>

Грандин И.Н. Ормон-хан в трудах академика Б.Д. Джамгерчинова. - Страница 2

Индекс материала
Грандин И.Н. Ормон-хан в трудах академика Б.Д. Джамгерчинова.
Страница 2
Все страницы

 


Ормону удалось под гегемонией сарыбагышей создать в некотором роде объединение северокыргызких племен и установить свою власть над саяками и бугинцами, все крупные манапы которых в той или иной степени признали свою вассальную зависимость от него.
Достигнув первенства в среде представителей феодально-родовой знати Сарыбагыш, Саяк и Бугу, Ормон Ниязбеков делает попытку к получению ханской власти над кыргызскими племенами. В Котмалда (Рыбачье) Ормон созывает собрание, где кроме представителей   Бугу, Сяк  и Сарыбагыш, участвуют и представители племени Солто из Чуйской долины, Саруу и Кушчу из Таласа и Черик из Тянь-Шаня. На этом сборе Ормон объявил себя ханом кыргызов и также его именовали кыргызские племена. Ормон-хан считал теперь себя носителем верховной власти под всеми кыргызами, выразителем общих интересов кыргызских племен.
В   «Очерках   политической   истории   Киргизии   XIX   века»,   Б.Д.   Джамгерчинов   писал: «Фактически кыргызские племена, кроме сарыбагышей, частично саяков и бугу, не признавали его  власти. Только во время нападения султана Кененсары почти все северные кыргызы сплотились  вокруг Ормона, придав его «ханской» власти видимую реальность» [6].
Война  Ормон-хана  с  Кененсары  Касымовым  происходила  в   1847   г.  Кененсары хотеЛ объединить казахов Старшего Жуза и присоединить к себе кыргызов для совместной борьбы против Коканда и русского царизма. К Ормон-хану прибыло посольство от Кенесары, передавшее его призыв к совместной борьбе казах-кыргызов против завоевательного движения царской России.  Наряду с этим, Кененсары требовал признания его ханом.   Ормон-хан ответил, что ханскую власть следует отдать ему (т.е.  Ормону), как старшему, а в остальных делах пусть Кененсары поступает по своему усмотрению. Кененсары не согласился и произвел ряд нападений на кыргызские аилы. Не говоря об Ормоне, претендовавшем на ханскую власть над всеми кыргызами, кыргызские манапы также решительно протестовали против притязаний Кенесары на ханскую власть над ними.В стремлении Кененсары кыргызские манапы видели попытку лишить власти представителей кыргызской феодально-родовой знати.
Ормон-хан как и Кененсары, не был лишен влияния той феодально-родовой среды, в которой жил и действовал. Он отклонил предложение о совместной борьбе против Кокандского ханства и русских колонизаторов, сделанное султаном Кененсары.
В такой обстановке взаимной вражды кыргызов и казахов Ормон-хан выступает за сближение с администрацией царской России, надеясь на    ее помощь. Кокандцы также поощряют его к решительным действиям  против Кененсары  [7]. Действия Ормон-хана в отношении Кененсары нельзя рассматривать как совершенные по указанию Коканда, хотя он и имел за собой его моральную поддержку. Свою победу над Кененсары, писал Б.Д. Джамгерчинов, Ормон-хан пытался использовать для упрочения своей власти над племенами северного Кыргызстана, совершенно упразднив здесь влияние Коканда. Этим и объясняется его дружелюбное отношение к царским властям и попытка приобрести их покровительство в противовес Коканду. Последующие обострения в отношениях Ормон-хана с кокандцами толкнули его зявить о своем намерении принять русское подданство.
Академик Б.Д. Джамгерчинов делает вывод, что Ормон-хан, несмотря на его идеалы, переходившие за границу его узко родо-племенных интересов, все же не был свободен от идеологии и мировоззрения тех феодально-родовых слоев, которые его окружали.
В своей внешней политике Ормон-хану суждено было действовать в чрезвычайно трудных условиях. Окружавшие Кыргызстан государства - Россия, Китай, среднеазиатские ханства, стоявшие на более высокой ступени развития, имевшие централизованное управление и многочисленное войско, замыкали кыргызов в горах, оказывая на них систематический нажим.
Ормон-хан должен был лавировать между своими сильными соседями, чтобы извлечь для себя выгоду из их противоречий и столкновений. Не желая подчиняться Коканду, он не мог однако, идти на решительные действия против него. Желая приобрести покровительство Российской империи, он не хотел принять ее подданство.
Малочисленный кыргызский народ, ослабляемый международными феодально-родовыми войнами, не мог при таком положении дать отпор захватническим стремлениям своих сильных соседей и неминуемо должен был потерять свою свободу и независимость.
В конечном счете, этим и была определена неудача централизаторской политики Ормон-хана, боровшегося за централизацию политического управления, на основе создания государственного образования кыргызского народа, в противовес феодальной раздробленности и обособленности кыргызских племен.
Литература:
1.  Джамгерчинов Б. Киргизы в эпоху Ормон-хана // Труды ЛЯЛИ Кир. ФАН СССР. - Вып. 1. 1944. -С. Ill
2. Джамгерчинов Б. Добровольное вхождение Киргизии в состав России. -Фрунзе, 1963 - С. 94
3. Джамгерчинов Б. Киргизы в эпоху Ормон-хана //Труды ИЯЛИ Кир. ФАН СССР. - Вып. 1- 1944. -С. 115
4. Джамгерчинов Б. Очерки политической истории Киргизии XIX века. - Фрунзе, 1966 - С. 36
5. Там же-С. 84
6. Там же - С. 83
7. Джамгерчинов Б. Присоединение Северной Киргизии к России. Автореферат дисс. докт. ист. наук. - Ленинград, 1950-С. 12