1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer>

Аристов Н.А. Поземельное владение у киргизов.

Индекс материала
Аристов Н.А. Поземельное владение у киргизов.
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Все страницы

 

 

Очерк истории поземельного владения в Семиреченской области со времени принятия киргизами русского подданства до настоящего времени.1871 г.

 

 

До половины прошлого столетия вся восточная часть киргизской степени находилась под владычеством Джунгаров, кочевки ханов, которых находились на р. Или, или точнее на притоке ее – Текес.
Власть Джунгаров простиралась на Восточный Туркестан (Кашгарию) и даже некоторое время на Ташкент. Калмыцкие кочевки распространялись и на восточную часть территории нынешней Семиреченской области. Они занимались земледелием и весьма обширных размерах, все долины, прилегающие к горам Семиречья, были покрыты их пашнями и обширной системой ирригационных канав (арыков), которых следы сохранились и поныне во многих местах, где теперь совсем не существует хлебопашество.
По разрушении Джунгарского ханства (1755 г.), киргизы (казахи), кочевавшие дотоль сменно с джунгарами и признававшие их власть, подвинувшись с запада на восток, заняли опустевшие по истреблении джунгаров места до линии пограничных китайских пикетов.
До того времени, по китайским известиям, киргизы не занимались хлебопашеством, но русское владычество (в 20-х годах настоящего столетия, когда роды, кочующие в северной части Семиречья, приняли наше подданство) уже пошло у этих кочевников зачатки земледелия, ограничивавшегося впрочем посевами проса, составлявшего главную их пищу.
Поземельное устройство каждой страны вообще определяется бытом ее населения, его экономическим и политическим положением и его исторической жизнью. Все эти так сказать факторы поземельных отношений, результатом взаимодействия которых является поземельное устройство, имеют существенное значение. Сообразно этому, исследуя поземельное устройство какой-либо страны или края, необходимо принять за основу исследование быта народа, его экономическое положение и его политическая жизнь и условия. С этим положением мы и будем сообразовываться при историческом обзоре поземельных отношений в Семиреченской области.
Быт киргизского народа с тех пор, как застает его история, был и остается родовым. Киргизский народ делится на несколько главных родов, которые подразделяются на множество мелких родовых частей. Хотя части эти по большей части с течением времени и под влиянием исторических и экономических причин утратили между собою действительную родовую связь, но тем не менее в сознании народа и его преданиях связь эта имеет большое значение.
Разделения исторической жизнью и живущие в отдаленных одна от другой частях степи части родов тем самым не менее сохранили память об общем происхождении и родовой связи. В мелких же частях главных родов родовое начало сохранило вполне свое первобытное значение и можно сказать смогло и совершенно верно, что родовое начало и в настоящее время составляет преобладающий элемент быта киргизского народа. Община, аул и киргиз, есть соединение родственников, людей, происходящих от одного родоначальника, хотя в этих естественных родах есть и пришельцы, пленные, рабы, словом люди из других родов, но они признаются родовичами, так сказать всасываются родом и со временем вполне с ним сливаются, признают свою подчиненность родовому началу и родовой власти.
Экономическое положение киргиз обуславливается их главным промыслом – скотоводством. До настоящего времени киргизы мало занимаются земледелием, а скотоводство заставляет их быть народом кочевым. Кочевой и родовой быт киргиз был причиной того, что они никогда не могли образовать из себя политического целого государства. Они были причиной того, что политическая жизнь народа никогда не переходила за границы случайных союзов нескольких родов, разделявшихся как только исчезали причины этих случайных союзов. Отсутствие же значительных политических единиц и родовая жизнь кочевников была причинами всегдашней зависимости киргиз от соседних народов. Вражда же, или мир с соседями, ссоры между родами, постоянно порождали передвижения родов с одной местности степи на другую. Передвижения эти были для кочевого народа, не имеющего никакой прочной связи с землей, весьма легки и потому история киргиз есть история беспрерывных передвижений родов с мета на место. Даже в весьма недавнее время можно указать несколько примеров таких передвижений. Сарыбагышский манап Урман, кочевавший на западном берегу озера Иссык-Куля, в 1852 году, опасаясь падежа скота от глубоких снегов, бывавших в долинах Иссык-Куля, поссорившись с кокандцами и желая стать под защиту русских, перекочевали с родовичами своими далее чем до 300 верст от своей обыкновенной кочевки на рр. Чилик и Тургень, снял здесь два года хлеб и потом вновь возвратился на Иссык-Куль; откуда через несколько лет укочевал, поссорившись с нами, на Нарын. Албаны и Дулаты в 50-х годах, признавая власть русских и кокандцев, то кочевали около р. Каратала, то уходили на р. Чу. Если сравнительно в недавнее время целые роды с султаном Кенинсарой или Садыканом от Иртыша или Урала перекочевали за р. Или, или к Бухаре, то из этих примеров можно судить о том, в каких больших размерах совершались в степи переходы в давнее время. Эти передвижения объясняют ту переменность родов, какое встречается в некоторых частях киргизской степи. Естественно, что отделившиеся одна от другой части родов теряли всякую между собой связь, но это ни мало не мешало сохранению родовой связи между кочующими смежно и происходящими от одного корня родах.
Эта родовая связь имеет большое значение в поземельных отношениях киргиз Семиреченской области, где роды киргиз вообще мало между собой перемешаны и занимают нынче почти что самые местности, на которых застало их русское господство.
Действительное начало русской власти в Семиречье должно почитать с основания Аягузского окружного прихода (17 июля 1931 года). До того времени киргизы по р. Аягузу и южнее до р. Лепсы хотя и почитались нашими поданными, но были ими только по имени, так как по принятии ими подданства правительство не вмешивалось в их управление и не взимало даже податей. Власть наша представлялась только аягузским военным отрядом. С открытием приказа в Аягузе началось устройство у киргиз управления на основании составленного графом Сперанским учреждения сибирских инородцев: образование волостей, избрание волостных правителей и сбор ясака. По распоряжению Омского пограничного управления, которому тогда подчинены были киргизы, при устройстве волостей заседатели приказа собирали сведения между прочим и о кочевках киргиз с подробным их описанием. Это устройство волостей продолжалось с 1834 года по 1839 и встретило много затруднений, потому что отдельные роды с оружием в руках противились введению нового порядка и особенно перечету скота. Местное начальство вынуждено было посылать заседателей прихода с военными отрядами, но незначительность отрядов этих часто делала все усилия успокоить волнующиеся роды тщетными. Туминский род в 1836 году (между Урджаром Чупраном) оказывал вооруженное сопротивление заседателю Павлинову, имевшему при себе казачий отряд и был усмирен только в 1837 году заседателем Крайкиным, который в том же году не мог ввести новое устройство у Матаевцев (около Кокана) и Садыровцев, у которых волости устроены уже в 1899 году. В этом же последнем году введено устройство у кара-киреевцев, глава которых султан Бексултан Агадаев принял когда подданство. Таким образом границы Сергиепольского округа достигли на юге пределов Большой орды. Принятие ее в подданство не замедлилось. Уже с 1819 года Джаланровский султан Сюк считался под русским покровительством. В 40-х годах каждое лето выставлялся для сбережения южной границы от набегов Кенисары и охраны караванов отряд на Лепсу. В 1846 г. послан был с той же целью отряд на Копал, а в следующем году 14 августа султаны Сюк, Али и Акш приняли присягу на подданство России от лица всех родов Большой орды.